В заявлении, посланном по почте сейчас на сайтах Науки и Природы, группа из 39 исследователей гриппа заявила о 2-месячном запрете на изучения, заставляющие птичий грипп напрячь H5N1, более передающийся между млекопитающими. Запрет предназначается для разрешения времени для интернациональных дебатов об этом типе изучения, которое говорят кое-какие люди, имеет потенциал для помощи биотеррористам.
ScienceInsider сказал с Роном Фуше MC Эразмуса в Роттердаме, Нидерланды, кто выполнил одно из двух изучений, привёдших к международным дебатам. (Его статья рассматривается в Науке.) ответы Фуше были переведены с нидерландского языка и отредактированы для краткости и ясности.Q: Кто взял на себя инициативу для этого объявления?R.F.: Инициатива прибыла от Адольфо Састре-Гарсии [исследователь гриппа в Медицинском центре Горы Синай в Нью-Йорке, у которого имеется грант от Национального Инфекционных болезней и Института Аллергии (NIAID), финансировавший изучение Фуше], Yoshihiro Kawaoka [чей H5N1 изучение, в прессе в Природе, было также рассмотрено американской Национальной Научной консультационной рабочей группой для Биобезопасности (NSABB)], и я. Мы обсудили его с группой примерно из 10 ученых, делающих сами подобные изучения; тогда мы задали вопрос еще примерно 30 исследователей гриппа, не трудящихся над этими изучениями, но кто имел возможность сделать их, если бы они желали подписаться. Они все дали согласие честно.
Так, это не Фуше, показывают. Это – инициатива, поддерживающаяся весьма обширно.Q: По какой причине Вы делали этот шаг сейчас?R.F.: Нам советовали разные организации, и конечно мы следовали за освещением в прессе и политическими спорами.
У нас было чувство, базируемое частично на совете от третьих лиц, что будет разумно заявить о моратории.Q: Какие третьи лица?R.F.: Организации, финансирующие отечественное изучение, вместе с тем и правительства, с которыми мы говорим.
Так много происходит сейчас, что это целесообразно делать паузу, давать время области инфекционных заболеваний для обдумывания этого и диалога о том, как обращаться с этим видом изучения в будущем. Это изучение предлагает возможности и неприятности, и организациям и правительствам требуется время для реакции.Q: Вы делаете это, в силу того, что, если Вы не делаете, кабинеты министров имели возможность бы двинуться для остановки изучения?R.F.: Дебаты так спорны, что мы не можем исключить это.
Мы сделали бы, чтобы все забрали передышку для отражения шепетильно над тем, как обращаться с этим.Q: Но Вы взяли четкие сигналы, что имело возможность бы быть запрещение некоего вида?R.F.: У Нас нет четких сигналов, что что-то планирует произойти, но Вы видите сигналы в прессе от советников и экспертов, и те сигналы достигают кабинетов министров также.
Мы видим статьи от Майкла Остерхолма [директор Центра Изучения Инфекционной заболевании и Политики в Миннесотском университете и специалиста по гриппу], и от людей как Лори Гарретт, взявший Пулитцеровскую премию создатель [и Научный сотрудник для Глобального здоровья в Совете по Интернациональным отношениям]. И потом существуют специалисты по биобезопасности в университете Питтсбурга, как Томас Инглесби…. И [лидер уничтожения оспы] Д. А. Хендерсон был весьма красноречив.
Все эти люди могут оказать настоящее влияние на Белый дом и в другом месте.Q: Что Вы думаете о моратории сами?
R.F.: Жаль, что это должно прибыть в это. Я предпочел бы, если бы это не привело к такому противоречию, но это случилось, и мы не можем поменять это. Так, я пологаю, что это – верный шаг для. Это сопоставимо с тем, что случилось в 1975 на конференции Asilomar.
Но я пологаю, что это вели больше сами ученые; в этом случае это – в основном публичные споры, ведущие его.Q: У Вас имеется идеи о том, как дебаты об этих изучениях будут организованы и кто обязан принимать участие?
R.F.: Я пологаю, что должен быть множество дебатов. Пара уже находится на рельсах.
Потому, что мы информируем в отечественном заявлении, встреча будет организована через следующие пару недель, которые я надеюсь, будет включать участие ВОЗ (WHO) и правительства США. [Американское общество микробиологов] организовал совещание в его биозащите, видящейся в следующем месяце. Нью-йоркская Академия наук имеет встречу также. Люди должны сказать, и эксперты по инфекционным заболеваниям должны забрать микрофон и растолковать, по какой причине это изучение принципиально важно и как Вы можете сделать это безопасно.Q: Масштаб несоответствия поразил Вас?
Вы ожидали это, когда Вы сперва обсудили изучение на встрече в Мальте в сентябре?R.F.: Когда мы представили это, конечно мы ожидали, что будет некое беспокойство, и что мы должны были бы растолковать общественности и прессу, по какой причине мы делаем это и как Вы можете сделать это безопасно.Я пологаю, что мы сделали это отлично в Нидерландах.
Мы были весьма предупредительными; перед тем как мы представили статью для публикации, мы сказали всем компетентным органам, так, они знали то, что происходило и имело время для подготовки, и в то время как история начала циркулировать в американских СМИ, мы совершили 3 дня, говорящие с газетами, радио и ТВ. И это пресекло дебаты в корне. В Соединенных Штатах это не случилось.
И люди, которые являются самыми красноречивыми в прессе, являются специалистами по биобезопасности. Жаль, что так мало людей от области гриппа подскочило перед камерами, в особенности в Соединенных Штатах.Q: Советы NSABB заставали Вас неожиданно?
Р.Ф.: Абсолутели. Это было чем-то, что было беспрецедентно, и что-то, на что я не рассчитывал вообще.
NSABB заявил, что риски перевешивают преимущества, и сейчас довольно много людей говорят: В этом случае Вы не должны делать этого изучения вообще. Это – весьма логический ответ. Но сообщество инфекционной заболевании не соглашается с NSABB на этом.
Что обязан растолковать NSABB, лучше то, что риски совершенно верно. какое количество биотерроризма мы видели в прошлом? Каковы возможности, что биотеррористы воссоздадут эти вирусы? И вправду правильно, что публикация этого изучения дала бы биотеррористам либо странам-изгоям преимущество? Это – то, что я желал бы взять известие от NSABB.
Q: Вы думаете, что это не дает им преимущество?Р.Ф.: Но. Потому, что биотеррористы не могут сделать этот вирус, это через чур сложно, Вам необходимо довольно много экспертных знаний. И страны-изгои, вправду имеющие возможность сделать, этому не нужна отечественная информация.
Так, я не пологаю, что они извлекут пользу из этой информации вообще. В это же время NSABB дает мало кредита преимуществам здравоохранения, тогда как все сообщество гриппа кричит, как ответственный, что есть.
Для них баланс между пользой и риском весьма отличается, чем для NSABB.Q: Но NSABB имеет пару исследователей инфекционной заболевании среди собственных участников, включая Остерольм, кто сам специалист по гриппу. И они наняли Роберта Вебстера, исследователя гриппа в Св. Джуде Детский Научно-исследовательский госпиталь в Мемфисе, как особый советник.
R.F.: Вопрос пребывает в том, было ли это достаточно, либо должны ли они были задать вопрос больше специалистов по гриппу. Если бы они задали вопрос кого-то как Питер Пэлезе из Медицинской школы Горы Синай, то у Вас был бы совсем второй ответ. Если Вы просматриваете его часть по собственной природе — я пологаю, что он был совсем прав.
Остерольм, в его статье [изданный день назад с Хендерсоном] в Науке, имеет весьма фаталистическое отношение. Он говорит страны в Азии, Африке, и Ближний Восток неспособен сделать наблюдение, так, им не нужны эти из отечественной статьи.
Это через чур фаталистически. Было бы лучше сообщить: Как мы можем оказать помощь тем государствам настроить хорошую совокупность экологического наблюдения? Остерольм также говорит, что эти не имеют никакого значения для развития вакцины.
Это ни на чем не вправду основано. Так, если бы это – специалист по гриппу в NSABB, я желал бы видеть кого-то с более хорошим отношением.Q: Как запрет будет оказывать влияние на изучение в Вашей собственной лаборатории?
R.F.: Мы, конечно, трудились для обнаружения совершенно верно, какие мутации заставляют вирус становиться передающимся аэрозолем. Это планирует остановиться сейчас; мы были практически сделаны с этим, но не совсем. Мы трудились для обнаружения, какие биологические особенности вируса связаны с мутациями, которые мы нашли.
Биологические особенности вируса вправду более серьёзны, чем сами мутации.Q: К каким биологическим особенностям Вы обращаетесь?R.F.: В газете в Общепризнанном мнении в Вирусологии мы заявили, что считали, что было довольно много вещей, которые имели возможность бы сделать вирус птичьего гриппа передающимся между млекопитающими.
В то время, это было чисто гипотетически. Мы заявили, что вирус, возможно, обязан добиться большего успеха в верхних дыхательных дорогах, чем глубокий в легких; это должно связать с определенными рецепторами млекопитающих; это должно воспроизвести много, для повышения возможностей передачи; это должно быть стабильно в мелких капельках и т.д.
Сейчас, когда у нас имеется эти мутации, мы можем взглянуть на любой из этих шагов, чтобы видеть, происходят ли они. И Вы будете видеть, что для каждого шага, существуют многократные варианты, более вероятные мутации, чем легко те, мы нашли до сих пор. Так, это крайне важно.
Что-то еще, что должно случиться, оценивает противовирусные препараты и существующие вакцины. До сих пор мы лишь взглянуть в пробирке, соответствуют ли характеристики этого вируса существующим напряжениям вакцины, и чувствителен ли вирус к антивирусным препаратам. Мы еще не испытали его в отечественной модели животных.Q: Вы также хотите повторить опыты с громадным числом напряжений H5N1?
Р.Ф.: Ес. Мы сделали это с одним генетическим происхождением вируса H5N1.
Вопрос пребывает в том, могут ли все происхождения стать передающимися аэрозолем. Если они не могут, в случае если это – легко это происхождение, вероятно Вы можете сосредоточиться на регионе, куда это прибыло из, и постарайтесь остановить вспышки H5N1 в том месте для предотвращения пандемии.
В случае если это может случиться везде, Вы должны трудиться везде.Q: Вы также желали бы сделать подобные изучения в других напряжениях птичьего гриппа, таких как H7N7?R.F.: Это – конечно, что-то, что мы желали бы сделать в итоге. Но это имеет намного более низкий приоритет, в силу того, что мы не видим вспышки H7N7 сейчас, и мы определенно не планируем делать это в скором времени; я не пологаю, что это было бы мудро.
Q: У Вас были запросы из вторых лабораторий для разделения вируса, что Вы создали?Р.Ф.: Нот очевидно. Все знают, что это не верное время для выяснения.Q: Но если бы они вправду задавали вопросы, что Вы сделали бы?
R.F.: У Меня имеется соглашение с нашим инвестором, NIAID, что, в случае если с этими просьбами обратились, я буду обсуждать его с ними. Так, я не могу решить это самостоятельно.Q: Эндрю Пекосз не так давно сообщил Науке, что запрет будет особенно вреден для молодых ученых, делающих фактическую работу лаборатории. Вы разглядываете что как проблему?
R.F.: Я пологаю, что это – маленькая неприятность по сравнению с другими проблемами. У меня имеется postdoc тут, Сандер Херфст, трудившийся над этим очень тяжело в течение 4 лет и для кого потрясающий прорыв в его карьере в ожидании. Но те – единичные случаи. Я пологаю, что последствия рекомендаций NSABB для наук о жизни намного более ответственны.
В случае если мы приобретаем весьма строгие новые советы для предварительного показа предложений, я пологаю, что это имело возможность бы создавать помехи наукам о жизни в течение многих лет.Q: На форуме политики Вы создали в соавторстве и что был день назад издан на сайте Науки, Вы предполагаете, что не можете давать слово постоянно сохранить главные подробности от собственной бумажной тайны. При каких событиях Вы решили бы продемонстрировать их?
R.F.: Ну, Наука и мы заявили, что мы планируем попытаться придерживаться рекомендаций NSABB. Руководство США сейчас ищет механизм для разделения главных подробностей с людьми, у которых имеется законная потребность видеть их, но это совсем не легко; существуют все виды юридических вопросов.
Так, то, на что будет похож тот механизм и с кем возможно поделиться той информацией, весьма неясно.В это же время, КТО сообщил: Это изучение суперважно, но столь же принципиально важно, чтобы эти были поделены, либо это имело возможность означать финиш Структуры Подготовленности Гриппа.
И справедливо так, в силу того, что та структура крайне важна для совокупностей экологического наблюдения. Предположим, что это разрушилось бы, в случае если по любой причине рукопись не имела возможности бы быть поделена с определенными людьми. Тогда мы должны будем говорить с руководством США и КТО. Это имело возможность случиться.
Опять, Вы должны будете взвесить преимущества и риски.Помимо этого, как исследователи, мы трудимся весьма близко с людьми в Индонезии. Было бы весьма неблагоразумно для нас не поделить отечественные результаты с отечественными родными сотрудниками.
Q: Так, в случае если те исследователи не были утверждены для применения механизма разделения…R.F.: Я не знаю, кто будет в средствах управления того механизма, и чем доводы были бы чтобы лишить доступа определенным людям. Но в случае если результат пребывает в том, что я не могу поделить подробности со собственными сотрудниками, тогда у меня имеется неприятность.
Такая обстановка может появиться. Так, мы даем американскому правительству и NSABB шанс настроить механизм, и мы ожидаем, что они придумывают. Но мы не можем сообщить сейчас, когда мы ни при каких обстоятельствах не будем делиться той информацией.Q: Когда Вы будете думать, что будете знать больше о том публикации и механизме Вашей статьи?
R.F.: Прошлый срок был финишем января, но от того, что я услышал, руководство США попросило 4-недельное расширение. Так, я пологаю, что это будет в последних числах Февраля.
Q: Находятся в контакте Вы с Yoshihiro Kawaoka?R.F.: Каждый день.Q: Вы были на всем протяжении пресса, тогда как он остался полностью негромким. Разве Вы не предпочли бы делать случай для этих изучений совместно?
R.F.: Мы сделали сознательный выбор, чтобы сделать то, что мы сделали. Я ощущаю, что несу ответственность обезопасисть мою точку зрения и ответить на те звонки СМИ. И конечно я принял то ответ, когда я решил перейти к Мальте. Он не сказал о собственной работе над встречей, исходя из этого что он сделал, все еще находится под обертками в той газете в Природе.
И я могу осознать его ответ; у него имеется две лаборатории для управления, один в Японии и один в Соединенных Штатах. Открыто говоря, прошлые 3 месяца я сделал лишь политику, пресс и вещи как этот.
Мне некогда для моей науки больше.